Пластический хирург Эдуард Шихирман

Ринопластика находится в числе популярных и самых сложных пластических операций. Хирург должен быть профессионалом, обладать опытом проведения подобных операций, а также иметь понимание, что конкретно хочет в результате получить пациент. Более подробно о тенденциях в ринопластике в нашем интервью с пластическим хирургом Эдуардом Шихирманом.

Корр.: У вас большой опыт в проведении ринопластики. Расскажите о сегодняшних тенденциях в этой области? Маленькие носы еще популярны?

Эдуард Шихирман: Маленькие носы, по вашему мнение, это какию? Как у кукол или мультяшные? Нос находится в самом центре лица, поэтому практически влияет на внешность и характер человека. Ведь черты лица могут быть разными, угловатыми, резкими, миловидными. И если нос не совсем удачно смотрится с этими пропорциями, то его можно исправить, чтобы он идеально сочетался с данными от природы стандартами.

Если меня спрашивают про модные тренды, то я всегда напоминаю про основные задачи эстетической хирургии. Настоящие хирурги не будут подгонять нос в заданные стандарты или угождать желанию самого пациента. Еще смешнее — в угоду своему видению или настроению. Нос — не отдельная от лица часть, это центральная фигура. Хирурги должны полагаться на установленные нормы и правила. Задача — сделать нос таким, чтобы он идеально вписывался в общую картину. Тогда пациент будет рад своему новому внешнему облику.

Ринопластика тем и отличается — одинаковых носов создать не получится. Даже если у человека похожие дефекты, и врач использует в операции схожие техники. Результат, несмотря ни на что, получится разный, ведь кожа и структура носа все равно будет отличаться — так сказать «материал» у всех свой. А вот если хирург все выполнил качественно, многие даже и не заметят, что с носом случились перемены. Если же нос выглядит ненатурально, то это в большинстве случаев говорит о профессиональной ошибке врача.

Корр.: Но многие ваши коллеги по цеху утверждают обратное — женщины хотят маленькие носы…

Эдуард Шихирман: Я считаю, что это связано с психологией. Мужчины считают сексуальными женщин, которые выглядят инфантильными. Ведь именно выражение детского лица вызывает у мужчин сексуальное влечение. Такие женщины кажутся слабыми и беззащитными. Кроме того, детскую невинность можно создать с помощью пухлых губ, размера глаз и формы носа. Глаза обычно не составит труда нарисовать, губы можно «подкачать», а нос подкорректировать с помощью пластики. Я считаю, что быть сексуальной и нравится мужчинам — это нормальное желание женщины. Только у нас все это иногда получается слишком чересчур.

Корр.: А как тогда сделать, чтобы не перегнуть? У женственности есть параметры?

Эдуард Шихирман: Существуют эстетические правила, согласно которым у женщины черты лица должны совпадать с так называемыми «женскими» углами. Безусловно, многие представительницы прекрасного пола спокойно живут с «мужским» носом, который она получила от отца или дедушки. При этом они себя чувствуют уверенными, красивыми и привлекательными. Но если нос немного подкорректировать, то такие женщины стали бы еще красивее.

Корр.: А что для вас означает «этническая» ринопластика? Если человек захотел изменить в себе этнические принадлежности, то он уже теряет свою идентичность?

Эдуард Шихирман: В моей практике встречались женщины с восточной внешностью, которые хотели стать похожими на европеек. Мне известно, что в мире пользуется популярностью изменение негроидного типа носа — широкие нос и вывернутые ноздри. Но мы находимся в регионе, где людей с такой внешностью практически не встретишь. По-моему, если женщина решилась на такую операцию, то, скорее всего, у нее европейский менталитет. Думаю, что их идентичность здесь никак не пострадает. Плюс такой операции в том, что они получают ту гармонию, о которой мечтали — синхронизация самоощущения и внешнего облика.

Корр.: В последнее время все больше распространяется информации об антивозрастной ринопластике. Что это вообще и как вы к этому относитесь?

Эдуард Шихирман: Я нормально отношусь к антивозрастной ринопластике. Омолаживающая пластика заключается в поднятии кончика носа. Этот участок имеет в своей структуре хрящевую ткань и на ее состояние влияют определенные мышцы и связки. Последние с годами становятся слабее, кончик опускается вниз. Можно вспомнить русские народные сказки, где у Бабы Яги нос описывается крючковатым — и это явное подтверждение преклонного возраста. Напомню, у гармоничного лица свои параметры. Угол между кончиком носа и верхней губой равен порядка 90°. Поэтому при anti-age ринопластике кончик носа приподнимается, а женщина выглядит моложе на несколько лет моложе.

Корр.: Как мне известно, ринопластику лучше делать молодым. Это правда?

Эдуард Шихирман: Считается, что в идеале лучше до 25 лет. В это время человек еще не самоутвердился, внешность порой у многих еще не сформировалась толком. Да и у молодых людей быстрее проходит адаптация к изменениям не только времени, но и внешности: форма глаз, размер носа. Если пациент решился на операцию в возрасте 30 лет, то тогда новые изменения могут тяжело ему даться.

Корр.: Существуют два вида ринопластики. Это открытый и закрытый тип. Расскажите, какой из них вам нравится больше?

Эдуард Шихирман: Я делаю операции по пластике носа на протяжении 15 лет. Первые пять лет я проводил только закрытую ринопластику, а позже и по сегодняшний день — исключительно открытую. Минимальный разрез на колумелле носа совсем не виден. А когда операция проводится открыто, под качественным и тщательным контролем, то результат будет в несколько раз лучше. Если говорить о шрамах, то все дело заключается в уровне травматизации тканей во время операции. А сама травматизация зависит напрямую от техники и оборудования. Все риски в нашей работе исключить нельзя: грубые рубцы могут образоваться и при закрытом типе, или крошечные рубцы будут при открытом. Уверен, что если врач выбирает только одну технику, а от другой, напротив, отказывается, то это значит только одно — у хирурга отлично получается только тот метод, который он пропагандирует. А если врач может использовать несколько техник и, к тому же, успешно их комбинирует, то соответственно, результат у него получится качественный и на высшем уровне.

Корр.: Скажите, когда пластический хирург работает в паре с хирургом-оториноларингологом?

Эдуард Шихирман: Пластические хирурги проводят операции на наружной части носа. От состояния внутренней части носа зависит, как будут выполняться дыхательные функции. Если у пациента есть желание подправить недостаток наружной части носа, а у него еще есть и проблемы с дыханием, то ринопластика делается в несколько этапов, совместно с оториноларингологом. Это касается искривления перегородки, пластики костных гребней…

Я, к примеру, могу сделать небольшую септопластику. Это операция направлена на восстановление носовой перегородки. Но объем работы моей будет незначительный и будет отличаться операции лор- хирурга. Как говорится: каждый занимается тем, чем должен.

Корр.: Почему некоторые пациенты говорят о том, что после пластики носа у них появляются проблемы с дыханием?

Эдуард Шихирман: Значит, операция была сделана неправильно, или не соблюдались ограничения в реабилитационный период. Именно в это время возможно появления синехий — это так называемое сращение тканей друг с другом. А также возможно образование рубцов на слизистой стенке носа. Чтобы исключить такой исход событий, у нас в клинике мы постоянно следим за пациентами совместно с лор-врачами. Успех пластики носа заключается в комплексном подходе: от проведения самой операции и правильного поведения во время восстановительного периода.

Корр.: Расскажите, какие сегодня существуют инновации в этой сфере?

Эдуард Шихирман: В целом, все как обычно. Безусловно, создается новое современное оборудование, развиваются эндоскопические методы, происходит компьютеризация. Что касается инструментов, то здесь время, конечно, не стоит на месте. То, что было 100 лет назад, претерпело большие изменения. Сегодняшний ланцет уже не похож на прежний ланцет. Это как трактор и плуг с лошадью. Однако ринопластика проводится врачом с помощью стандартного набора инструментов. И смысл их тот же — разъединение, перемещение и создание из них новые формы. Стоит отметить, что малоинвазивных методов также не появилось. Чем меньше наркоза, тем меньше объем работ. Соответственно — результат не может быть хорошим. Но что касается новых технических возможностей с тем же объемом работ, то здесь стоит сказать о травматизации — она стала ниже. К тому же сократилось время реабилитации. А это очень важно.